Неточные совпадения
— Ну, полно, брат, экой скрытный человек! Я,
признаюсь, к тебе с тем пришел: изволь, я готов тебе помогать. Так и быть: подержу венец тебе, коляска и переменные лошади будут мои, только с уговором: ты
должен мне дать три тысячи взаймы. Нужны, брат, хоть зарежь!
Судья тоже, который только что был пред моим приходом, ездит только за зайцами, в присутственных местах держит собак и поведения, если
признаться пред вами, — конечно, для пользы отечества я
должен это сделать, хотя он мне родня и приятель, — поведения самого предосудительного.
— Я
должен вам
признаться, что я очень плохо понимаю значение дворянских выборов, — сказал Левин.
— Да нет, — перебил он меня, — такие ли бывают хозяева! Вот видите ли, — продолжал он, скрутив голову набок и прилежно насасывая трубку, — вы так, глядя на меня, можете подумать, что я и того… а ведь я,
должен вам
признаться, воспитанье получил средственное; достатков не было. Вы меня извините, я человек откровенный, да и наконец…
— А признайтесь-ка, — прибавил он, вдруг взглянув на меня сбоку, — я
должен вам казаться большим чудаком, как говорится, оригиналом, или, может быть, пожалуй, еще чем-нибудь похуже: может быть, вы думаете, что я прикидываюсь чудаком?
Я
должен к тому же
признаться, что он много сделал, чтоб обойти роковую минуту, что он употребил весьма много усилий, чтоб избежать кровавого исхода.
—
Должен совершенно
признаться, — с педантским спокойствием тянул Смердяков, — что тут есть один секрет у меня с Федором Павловичем.
— В этом вы правы,
признаюсь, но это было невольно, и я тотчас же сказал себе тогда же, что мои личные чувства не должны иметь влияния на дело, потому что если я сам себя признаю уже обязанным удовлетворить требования господина Бурдовского, во имя чувств моих к Павлищеву, то
должен удовлетворить в каком бы то ни было случае, то есть, уважал бы или не уважал бы я господина Бурдовского.
— Так точно, —
должен был
признаться Василий Борисыч.
Но,
должен я здесь
признаться, когда вы живете в Мадриде или в Севилье, вы после первого боя, вызвавшего в вас законное брезгливое чувство, испытаете то, что потянет во второй раз, и надо сильно реагировать против этой тяги, чтобы укрепить в себе протест против кровавой, отвратительной бойни лошадей с их распоротыми животами и зрелищем добиваемого быка, который далеко не всегда воинственно настроен.
— Нет, считаю это пустою обрядностью. Я
должен вам, впрочем,
признаться, что мне ваш Петр Валерьяныч нравится: не сено по крайней мере, а все же человек, несколько похожий на одного близкого нам обоим человечка, которого мы оба знаем.
Я прибежал к Ламберту. О, как ни желал бы я придать логический вид и отыскать хоть малейший здравый смысл в моих поступках в тот вечер и во всю ту ночь, но даже и теперь, когда могу уже все сообразить, я никак не в силах представить дело в надлежащей ясной связи. Тут было чувство или, лучше сказать, целый хаос чувств, среди которых я, естественно,
должен был заблудиться. Правда, тут было одно главнейшее чувство, меня подавлявшее и над всем командовавшее, но…
признаваться ли в нем? Тем более что я не уверен…
— За ваш прекрасный и любовный труд я при первом случае поставлю вам двенадцать!
Должен вам
признаться, что хотя я владею одинаково безукоризненно обоими языками, но так перевести «Лорелею», как вы, я бы все-таки не сумел бы. Тут надо иметь в сердце кровь поэта. У вас в переводе есть несколько слабых и неверно понятых мест, я все их осторожненько подчеркнул карандашиком, пометки мои легко можно снять резинкой. Ну, желаю вам счастья и удачи, молодой поэт. Стихи ваши очень хороши.
— То-то
должен. А чем принудить? Запугать? Небось не испугается: ведь я деньги взял. Сам, сам перед ним
признался, что всего страху-то у меня на две тысячи рублей серебром, сам себя оценил в эту сумму! Чем его теперь напугаешь?
Доброго настроения ее духа нимало не испортила даже откровенность Жозефа, который, наконец, решился
признаться сестре, что он прогусарил ее деньгами, но только уже не оправдывался тем, что его обокрали, как он думал сказать прежде, а прямо открылся, что, переехав границу, куда
должен был бежать от преследования за дуэль, он в первом же городе попал на большую игру и, желая поправить трудные обстоятельства, рискнул, и сначала очень много выиграл, но увлекся, не умел вовремя забастовать и проигрался в пух.
— Этот злосчастный Жозеф, как вам всем вероятно известно, много
должен своей жене или господину Кишенскому, я,
признаюсь, не знаю, кому и как приходится этот долг.
— Это другое дело! Для них он герой; а,
признаться сказать, я себе героев иначе представляю: герой не
должен уметь говорить: герой мычит, как бык; зато двинет рогом — стены валятся. И он сам не
должен знать, зачем он двигает, а двигает. Впрочем, может быть, в наши времена требуются герои другого калибра.
Грустно,
признаюсь; я тебе завидую — ты поставлен был насильственно в колесо жизни… а я избрал сам себе дорогу, — сам себя
должен упрекать, что остался бездомным, хворым сиротою…
В начале декабря непременно буду — в письме невозможно всего сказать: откровенно
признаюсь тебе, что твое удаление из Петербурга для меня больше, чем когда-нибудь горестно… Я
должен буду соображаться с твоими действиями и увидеть, что необходимость заставит предпринять…
Грустно подумать о нем, и
признаюсь, такое состояние его, что кажется, если бы сам
должен был все это переносить, то лучше пожелал бы неминуемого конца.
Теперь же он
должен был
признаться, что только каприз или разве мимолетная страсть, потухшая так же скоро, как и вспыхнувшая, привела Станиславу в его объятия.
Это бесило его, и он
должен был в этом
признаться.
— Что делать, — покраснел до корней волос Архаров, —
должен и в том
признаться, государь! Виноват… Обстоятельства мои к тому принудили. Однако, я в угодность вашему величеству, сегодня же его удовольствую и деньги заплачу…
Но
признаюсь в одном откровенно: мне очень было досадно, что весь этот люд, с своими наивными хитростями, непременно
должен был, как мне казалось, считать меня простофилей и дурачком и смеяться надо мной, именно потому, что я в пятый раз давал им деньги.
Окоемов. Зоя, я заранее прошу твоего извинения; я скажу тебе много неприятного для тебя и неожиданного; я во многом
должен буду
признаться перед тобой.
Здесь
должен я
признаться в поступке, который трудно извинить раздражением и вспыльчивостью.
Мы с Александром Панаевым продолжали усердно заниматься своими литературными упражнениями и посещениями театра, а когда наступила весна, — собиранием бабочек. К стыду моему,
должен я
признаться, что, кроме любимых предметов, мое ученье шло довольно слабо и что я сильно и много развлекался.
Мурзавецкий. Вы опять за свое? Это скучно!.. Я иногда
должен отказывать себе в самых необходимых удовольствиях. Ну, положим, табак… Мне даже стыдно
признаться. Имажине-ву, дворянин — и без табаку!
Я
должен вам
признаться, милые слушатели, что Борис Петрович — боялся смерти!.. чувство, равно свойственное человеку и собаке, вообще всем животным… но дело в том, что смерть Борису Петровичу казалась ужаснее, чем она кажется другим животным, ибо в эти минуты тревожная душа его, обнимая все минувшее, была подобна преступнику, осужденному испанской инквизицией упасть в колючие объятия мадоны долорозы (madona dolorosa), этого искаженного, богохульного, страшного изображения святейшей святыни…
— Нет-с, это нужно кончить! — сказал он наконец, как будто одумавшись. —
Признаюсь вам, я было колебался от этого взгляда, — прибавил он с странной улыбкой. — Но, к несчастию, дело само за себя говорит. Я успел прочитать начало письма. Это письмо любовное. Вы меня не разуверите! нет, выкиньте это из головы! И если я усомнился на минуту, то это доказывает только, что ко всем вашим прекрасным качествам я
должен присоединить способность отлично лгать, а потому повторяю…
Должен тебе
признаться, я не имею постоянного жилища: ныне ночую у одного из своих, завтра у другого.
Сурмин мысленно
признался, что сердце редкой женщины может устоять против обаяния его красивой наружности, в которой не было ничего женоподобного, как говорила бой-баба. Владислав подумал: «Это
должен быть жених ее, не этот же военный молокосос и не этот цыпленок-студент. Ничего, мужчина хоть куда, может понравиться иной женщине».
— Дай Бог. Могу сказать вам по секрету: нас известили, что здесь живут польские эмиссары, совращают здешних поляков; мне тайно поручено…
Признаюсь, поручение неприятное, тяжелое, фискальное… Сами рассудите, все-таки компатриоты… Я
должен следить нити заговора в разных губерниях и здесь. Впрочем, моей миссии никто здесь не знает, числюсь в отпуску, бываю на обедах, на вечерах у гостеприимных москалей, танцую до упаду.
По возвращении последнего в Петербург, Бобров
должен воспользоваться первым удобным случаем и переговорить с Сергеем Сергеевичем,
признаться ему в своей любви к его дочери и попросить у него ее руки.
— О, в таком случае… Господин Данвиль! я признаю себя совершенно виноватым. Но эта проклятая сабля!..
Признаюсь, я и теперь не постигаю, как мог Дюран решиться продать саблю, которую получил из рук своей невесты… Согласитесь, что я скорей
должен был предполагать, что он убит… что его лошадь и оружие достались неприятелю… что вы… Но если граф вас знает, то конечно…
— Извините, — сказал Рено, — я исполнил долг честного человека,
признавшись в моей вине; теперь позвольте мне выполнить обязанность мою по службе. Господин Данвиль отлучился без позволения от своего полка, и я
должен непременно довести это до сведения начальства.
Сердце у меня замерло, руки опустились, и я
должен вам
признаться, что в эту решительную минуту страх был единственным моим чувством.
«
Признаюсь, всемилостивейшая государыня, — писал он Екатерине уже по взятии самозванки, — что я теперь, находясь вне отечества, в здешних местах, опасаться
должен, чтобы не быть от сообщников сей злодейки застрелену или окормлену… я всего более опасаюсь иезуитов, а с нею некоторые были и остались по разным местам».
Признаюсь, всемилостивейшая государыня, что я теперь, находясь вне отечества в здешних местах, опасаться
должен, чтобы не быть от сообщников сей злодейки застрелену или окормлену.
Признаюсь, я долгое время не мог даже представить себе, чтоб палач имел надобность насыщаться; мне казалось, что он
должен быть всегда сыт.
Когда я вернулся в двенадцатом часу в наш общий номер, Тит опять прыснул и стал расспрашивать: «Ну, что? Как сошел парадный визит? Как генерал? Чем угощали? О чем говорили?.. Отчего у тебя кислый вид?..» Я
должен был
признаться, что вечер прошел для меня довольно скучно. Старый генерал был приветлив, даже слишком. Он завладел мною целиком, много расспрашивал о дяде и отце, рассказывал военные анекдоты и в заключение усадил играть в шахматы.
Благодарность Карла, наконец я тебя поймала… наконец этот ненавистник женщин
должен будет
признаться, что женщине обязан победою над Петром, спасением большого лоскута своего королевства и армии.
К величайшей вашей неприятности я
должен вам
признаться, что англичане большею частью, — угловаты и неизящны, а русские довольно чутко умеют различать красоту и на нее падки.
— Нет, князь; не вам, хотя бы я мог, и всякий
должен вам завидовать… но
признаюсь, я бы желал иметь счастливый дар этого Красинского — нравиться всем с первого взгляда…
Наконец,
должен был
признаться откровенно.
— Гм! помню! — возразил с расстановкой Владимир Сергеич. — Впрочем, я
должен вам
признаться, столько времени с тех пор прошло, мне иногда всё это представляется как сон какой-то…
Как ни удивительно кажется понявшему учение Христа то заблуждение, по которому
признается, что учение Христа очень хорошо для людей, но неисполнимо; но заблуждение, по которому
признается, что человек, желающий не на словах, а на деле исполнять учение Христа,
должен уйти из мира, — еще удивительнее.
Это были, кажется, самые прекрасные сновидения в моей жизни, и я всегда сожалел, что с пробуждением Селиван опять делался для меня тем разбойником, против которого всякий добрый человек
должен был принимать все меры предосторожности.
Признаться, я и сам не хотел отстать от других, и хотя во сне я вел с Селиваном самую теплую дружбу, но наяву я считал нелишним обеспечить себя от него даже издали.
Сегодня всю ночь, начитавшись газет, летал во сне таким манером над горящим городом, и
должен со стыдом
признаться: наряду со страхом и отвращением испытываю невероятную зависть к этим бесстрашным и безжалостным летающим людям.
— Куда ж вы? — сказал он итальянцу. — Постойте… Я
должен был отклонить от себя незаслуженное титло <и>
признаться вам, что я не поэт. Теперь поговорим о ваших делах. Я готов вам услужить, в чем только будет возможно. Вы музыкант?